21:29 

«Христос Воскресе!» Рассказ бабушки.

change-ange
«Если ты рожден без крыльев, то не мешай им вырасти».
Несмотря на первый год революции, в детском журнале «Путеводный огонек» еще печатались пасхальные рассказы и другие статьи, посвященные весеннему празднику светлого Христова Воскресения. Вот один из них.


«Христос Воскресе!» Рассказ бабушки. Журнал «Путеводный огонек». №8, апрель 1918 года.




ДАВНО-давно это было. Я была совсем маленькой девочкой, и девяти лет мне не было, а теперь уж седьмой десяток доживаю.
Отец мой был священником кладбищенской церкви в г.Одессе. Там и жили мы все в церковном доме, на кладбище. Семья у нас была большая. Старшие братья учились в семинарии, а мы с семилетним Федей жили еще дома. Мама сама занималась с нами. На праздники все братья приходили из семинарии домой, становилось у нас шумно и весело. Всю Страстную неделю шли в доме печенье, жаренье, приготовление куличей, баб, крашеных яиц. Всего этого приготовлялось много, чтобы и своей семье было чем разговеться, и добрых людей угостить, когда зайдут они поздравить батюшку с праздником. Особенно много было всегда у нас красных яиц. Красили дома их сотни, да и прихожане приносили, христосуясь с отцом.
В том году Пасха была поздняя, в середине апреля. На юге в это время уж совсем тепло; прилетели птички, кусты и деревья зазеленели, и на лугах щетинилась уже большая травка.
В первый день праздника, после раннего обеда, отец с матерью легли отдохнуть. Старшие братья катали яйца на дворе с товарищами – семинаристами, пришедшими к ним в гости. А мы с Федей пошли на кладбище христосоваться с могилками. Мы родились и выросли в этом кладбищенском церковном доме, привыкли к могилкам и бродили постоянно по дорожкам, среди памятников и оград. Знали мы чуть ли не всех похороненных здесь, начиная с богатых людей, у которых были дорогие и нарядные памятники, и кончая бедняками, мирно лежащими под простым деревянным крестом или просто под зеленым холмиком. Брат мой, Федя, был слабенький и болезненный мальчик, но очень кроткий и нежный. У него было одно любимое занятие – ухаживать за забытыми, заброшенными могилками. Найдем мы, бывало, такую, о которой давно никто не заботится, — видно, родные уехали или забыли об умершем. Вот мы и станем убирать ее цветочками, вешаем венки на крест, вырываем сорную траву.
В Светлый праздник мы ходили христосоваться к таким забытым могилкам.
Обыкновенно утром, в первый день праздника, мы всей семьей ходили на могилы своих родных, бабушки, дедушки, сестрички Верочки, говорили: «Христос Воскресе!» Целовали памятник и клали у подножья его красное яичко. Апосле обеда мы с Федей отправлялись с таким же пасхальным приветом к «беднякам», забытым своими близкими, с которыми никто не христосовался.
В наших сумках, которые мы надели через плечо, было десятка по два красных яичек. Успели уж мы почти все их разложить, я отстала от Феди и шла одиноко по дорожке. Место было глухое, пустынное, у самой стены. Людей никого не было видно; стояла тишина; только жаворонки заливались где-то высоко в воздухе.
Вдруг я услышала какой-то странный звук, точно звон металла. Я остановилась, прислушалась, огляделась вокруг. Никого не было видно. Я пошла дальше, но едва сделала несколько шагов, как почти наткнулась на фигуру какого-то человека, который, точно прячась, низко наклонился и камнем бил по железу у своих ног.
Услышав мои шаги, человек этот поднял голову. Он был в серой арестантской куртке, в арестантской шапочке без козырька; на ногах его звякнули железные цепи...
Я не раз видела арестантов, когда они проходили мимо нашего дома, и по приказанию отца подавала им или баранку, или пятачок.
Но я не боялась их, как боятся многие, а только жалела их... И теперь я доверчиво протянула ему красное яичко и сказала:
- Христос Воскресе! Но он сердито взглянул на меня, погрозил мне пальцем и, наклонившись над своими цепями, продолжал камнем разбивать их. Меня теперь охватило чувство страха, я стояла на месте, не в силах двинуться, и продолжала держать в протянутой руке красное яйцо. Наконец, собравшись с духом, закричала:
— Федя! В это время арестант разбил уже свои цепи, выпрямился и, погрозив мне опять сердито, стал уходить от меня. Но, пройдя несколько шагов, он еще раз оглянулся, снова погрозил мне и скрылся за памятниками.
У меня ноги дрожали от страха, я присела на край дорожки и громко заплакала. В ту же минуту ко мне подошел Федя.
- Что с тобой? О чем ты плачешь?
Я схватила его за руку и, не говоря ни слова, бросилась бежать домой.
Несмотря на расспросы Феди и старших братьев, я ничего не сказала им об арестанте, помня его сердитое лицо и то, как он грозил мне пальцем. Я боялась, что если я расскажу о нем, его поймают.
И только уже на другой день, когда отец за обедом сказал, что из тюрьмы убежало несколько арестантов, я решила рассказать про свою встречу с одним из них. Мать очень заволновалась.
— Ведь он мог убить ребенка тем же камнем, которым разбивал цепи, - говорила она.
Но отец, покачав головой, спокойно сказал:
- Ведь она похристосовалась с ним и яичко ему красное протянула. Как же он мог ей сделать что-нибудь дурное?..
И вот столько лет уж прошло с тех пор, много-много людей видела я на своем веку, много пережила и радостного, и печального, но сердитое лицо арестанта и то, как он оборачивался на меня и как грозил мне пальцем, я помню хорошо.
И часто я думаю, что, вероятно, прав был отец, когда говорил, что этот человек тогда не решился поднять руку на ребенка, доверчиво протянувшего ему красное яичко, с радостным пасхальным приветом.

А. Вадзинская

@темы: "Путеводный огонек", 1918, Вадзинская, детский журнал, пасхальный рассказ, творчество, текст

Комментарии
2012-04-14 в 22:15 

Remnanta
Как интересно! Но на каком кладбище? Если девочка встретила арестанта, то это вероятно Второе Христианское - там и сейчас через дорогу тюрьма. Но церковный дом? Я не знаю было ли там что-то такое, но могло быть.

2012-04-15 в 20:52 

Solo-Solo
Максималист
Очень трогательный рассказ!

2012-04-19 в 13:32 

change-ange
«Если ты рожден без крыльев, то не мешай им вырасти».
Remnanta Думаю, что сейчас церковного дома может не быть - это же дом священника, а церкви могло не остаться при кладбище. Раньше все кладбища были при церквях (или храмы были обязательной принадлежностью кладбищ), сейчас это уже необязательно. Спасибо за факт истории.

     

"Сообщество, посвященное творчеству Л.Чарской"

главная